Известные владимирцы о книге и чтении

София Шепеля — телеведущая

КНИГА, КОТОРАЯ ИЗМЕНИЛА МОЮ ЖИЗНЬ
Было бы здорово, если б одна конкретная книга могла просто так взять и изменить всю вашу жизнь: вовремя попавшийся телефонный справочник; учебник по физике, забытый до вас каким-нибудь нерадивым студентом на важном экзамене; пособие по эксплуатации кофе-машины, в конце концов… Однако вынуждена признаться, что в моей жизни таких чудес не происходило.
Преисподняя не разверзлась, когда я за снобизм и общее занудство решила в седьмом классе выбросить томик Эмиля Золя в открытую форточку.

Честно говоря, даже соседи на это происшествие никак не прореагировали. Так было и в те разы когда в окно летели сочинения Достоевского и Фридриха Ницше. Хотя за последних двоих мне сегодня стыдно – оказалось, что читать их книги в возрасте «хорошо за двадцать» – занятие намного более увлекательное, чем я могла себе вообразить в тринадцать лет.
Но я отвлеклась от темы.

Вернемся к судьбоносным книгам.
Если верить теории вероятности, у нас с вами всегда существует — хоть и весьма призрачная — возможность того, что однажды, вскрыв коробку с пазлом, состоящим из тысячи элементов, мы можем их с первого раза высыпать на стол в абсолютно правильном порядке и сразу же увидеть общую картину. Хотя описанная мной ситуация не является чем-то статистически невозможным, здравый смысл подсказывает, что денежное пари на подобную вероятность я бы все-таки заключать не стала.
Так же и с книгами. Вполне возможно, что однажды вы подойдете к книжным полкам, и к вам на голову, как зрелый плод – свалится некое сочинение, которое перевернет ваш мир. По его прочтении вы сразу же отринете все вредные привычки, приобретете полезные, запишетесь в космонавты и отправитесь исследовать пустынные пейзажи спутников Сатурна. Статистически, такую вероятность отрицать нельзя.
Но скорее всего, вам, как и всем простым смертным обладателям огромных пазлов, придется собирать в библиотеках отнюдь не судьбоносные книги, а простые и – иногда — занимательные идеи, пригоршнями рассыпанные по сочинениям писателей разных культур и лет.
Романами Дугласа Адамса вы можете вдохновляться на подвиги; сочинения Оскара Уайльда добавят к вашей картине мира толерантность; Дж. Д. Сэлинджер научит ценить оригинальность; Оруэлл будет пугать, а Пелам Гренвилл Вудхаус научит смеяться… И таких замечательных авторов – вы уж мне поверьте, существует множество. Библиотеки просто набиты ими, главное только заходить туда за книгами – а не годовой подпиской на журнал «Все звезды».

Полина Вахотина – букинист, общественный деятель.

Самая первая книга, которую я помню – «Радуга-дуга» с рисунками Юрия Васнецова. Мне, трёхлетней, её читала бабушка. Бабушка выучилась читать на курсах ликвидации безграмотности и всю жизнь читала медленно, водя пальцем по буквам. Так и мне читала, с пальцем. Я требовала читать «Радугу» каждый день по нескольку раз. На самом деле, коротенькие стишки и потешки я уже знала наизусть, и знала что где написано, да и бабушка, мне кажется, уже вскоре их выучила, но всё равно читала, водя пальцем по буквам. Вряд ли это был хитрый педагогический приём — просто бабушке нравилось, что она читает и это может кому-то пригодиться – но в один прекрасный момент выяснилось, что я могу читать сама, хотя меня никто специально не учил складывать буквы в слога, а буквы я к тому времени знала по кубикам, на которых буквы и картинки были выжжены, а не нарисованы, сейчас я таких не вижу, а жаль, купила бы внукам.
Так и пошло-поехало. В детстве я читала много и без разбору, ходила в библиотеки, читала и детских писателей, и взрослых, если там было про детей, и приключенцев разных, которых можно было только в библиотеке достать – Дюма, Жюль Верна, Вальтер Скотта.

Только класссику не читала – кроме Пушкина и «Героя нашего времени», остальное казалось скучно. Из взрослых книжек чуть не наизусть знала «Записки юного врача» Булгакова, но это тогда не считалось классикой. В школе читала, что задавали, но это было мимо сердца, только в девятом классе что-то прорезалось, полюбила Достоевского и Гоголя. Толстого прочитала ещё позже, и Чехова, и Лескова, а иных и до сих пор не особо прочитала…

А помню, что писала развесистые сочинения по разным классикам, чего-то там поверхностно прочитав, получала пятёрки, бедные, для того ли они писали… По поводу Достоевского и школы – у нас была строгая и даже суровая учительница литературы в девятом классе. Любить ее предмет она не заставляла, знать требовала, но ценю я ее больше всего за то, что она увидела, что я зачиталась «Преступлением и наказанием», и ни разу за несколько уроков не помешала читать, не дёргала и не спрашивала, так я большую часть романа и прочитала на уроках…

Илья Косыгин — краевед,общественный деятель

Еще в дошкольном возрасте, когда я не умел читать, отец воспитывал во мне любовь к литературе. Вечерами перед сном он читал мне произведения классических авторов, исторические романы и фантастику. Это чтение приносило мне огромное удовольствие и оставило впечатление на всю жизнь. «Руслан и Людмила», «Капитанская дочка» А.С. Пушкина, «Двадцать тысяч льё под водой», «Таинственный остров» Жюля Верна, «Оцеола» Майн Рида, «Спартак» Рафаэлло Джованьоли, «Чингисхан» Василия Яна – все эти книги я помню и сейчас, хотя прошло уже двадцать пять лет.
Когда я научился читать, литература стала главным увлечением моей жизни. Я читал все, что можно было найти в семейной библиотеке. Со многими произведениями русской и зарубежной литературы, которые я ценю до сих пор, я познакомился по школьной программе. Всех книг, конечно, не перечислишь.

За некоторыми книгами мне приходилось ходить в городские библиотеки. В детстве я жил на улице Диктора Левитана и ближайшей была библиотека на проспекте Ленина около остановки «ул. Пичугина». В те времена еще не было компьютеров и поэтому мои школьные годы прошли вместе с книгой.
Но и сейчас в цифровую эпоху бумажная книга занимает важное место в моей жизни. Я продолжаю читать как научную, так и художественную литературу, собираю домашнюю библиотеку. Из произведений, вышедших в последнее время, самое большое впечатление на меня произвел роман «Лавр» Евгения Водолазкина.
Написанный в форме исторического романа, «Лавр» представляет собой произведение совершенно особое по жанру. Книга погружает читателя в мир русского средневековья, а его главный герой – это человек, идущий по пути святости. Сюжет произведения – это его жизнь от рождения до смерти. И хотя сюжет построен линейно, время в романе подвержено странной текучести. Его персонажи живут прошлым и видят будущее, порой они и вовсе не понимают «какое время следует считать настоящим».

Этой текучести подвержен и язык героев: начиная говорить по-древнерусски, они переходят на современный канцелярит и сленг: «Что же до воскресения и спасения душ преставившихся раб Божиих, то эту информацию я предоставлю тебе, что называется, тет-а-тет». Личности героев как будто перетекают одна в другую. Даже сам главный герой не ощущает единства своей жизни. Его жизненный путь дробится на четыре отдельных фрагмента. И эта множественность преодолевается только в свете Вечности. Поэтому «Лавр» – это не исторический роман о средневековье, хотя и написан он специалистом по средневековой культуре. Это роман о пути человека к святости, поэтому исторические декорации в нем второстепенны.


  Сводный каталог библиотек Владимирской Области  Сводный каталог библиотек России           
Яндекс.Метрика